Красная Книга – не та вещь, которую хочется читать и перечитывать. Разве легко листать памятник человеческой глупости, узнавая о том, чего на Земле уже нет и больше не будет никогда?
По аналогичной причине сотрудники Отдела Исследований увольняются один за другим. Задача Отдела – дешифровка цифровых архивов; архивы совершенно обыденные: вот фотография распустившегося цветка, вот зелёного дерева, вот синего неба… Точнее, они для нас обыденные. А для персонажей подобные обрывки прошлого настолько ирреальны, что люди даже не хотят в них верить. Правдивы ли снимки, безошибочен ли шифр, неужели всё это действительно существовало? Теоретически, да. Но лучше б нет – дабы не усиливалось до невозможности запоздавшее раскаяние, не сводила с ума бесплодная тоска о навсегда утраченном.
Главный герой – один из последних, кто остаётся в Отделе, день за днём он увлечённо разгадывает двоичный код. Ведь погружаясь в работу, можно сбежать от окружающей антиутопии – той антиутопии, где поверхность планеты давно стала непригодна для жизни, где люди с каждым веком уходят глубже под землю, а мощности установок неотвратимо заканчиваются, энергии на поддержание верхних уровней перестаёт хватать.
Знакомый сюжет? Ещё бы. Навскидку можно припомнить Силверберга, Коуни… да что там, сейчас и в Японии, и на Западе экологический вопрос поднимают в книгах, фильмах, сериалах с завидным постоянством. Но это не та тема, которой грозит истечение срока годности. К тому же, цепляющие моменты традиционно таятся в деталях.
По сути, перед нами история одного расследования, полностью меняющего мир главгероя и аршинными буквами (капслоком, жирно и с подчёркиванием) выводящего основной посыл фильма. Даже самым рассеянным зрителям едва ли удастся проморгать ведущую Идею, ибо автор не поскупился на указатели: привёл исторические справки с датами и схемами, объяснил ситуацию в расшифрованном обращении, отчётливо запараллелил деяния протагониста с клипом – речь сейчас о книгах, восхождении, надежде.
Однако на фоне вышеупомянутой Идеи не забыты второстепенные линии. Пусть персонажей всего трое… ну ладно, четверо, если считать «книжного» сотрудника (озвученного, кстати, самим режиссёром-сценаристом; нечасто подобное встречается), но они не кажутся бездушными марионетками, коих поставили друг против друга, чтобы они наговорили умных речей и разыграли шаблонный конфликт.
История живая. Её можно не только воспринять рассудком, но и прочувствовать – чему наряду с человечностью героев способствуют нелинейность повествования, подбор слов, цвета, движение камеры.
Ещё хочется упомянуть некоторые оригинальные черты. Возьмём непрерывно падающие снежинки – всего лишь конденсат, а как работают на атмосферу! Особенно в начале фильма, когда на фоне тьмы технических подземелий так напоминают звёзды. Сказав о прологе, не забудем и про развязку с её финальным словом и безмолвными титрами. А одна из наиболее эффектных деталей – само название фильма (японское, которое Aoi Tamago), точнее, игра слов в нём.
Помимо многозначности, название примечательно тем, насколько хорошо оно подходит фильму. Не слишком длинное и не слишком краткое – в самый раз; столь же явно намекающее, но при этом столь же метафоричное и оставляющее простор для интерпретаций.
Резюмируя: революционных идей в Pale Cocoon нет. Равно как нет экшена, абсолютного всеобщего хэппи-энда и много чего ещё – просто не на это делал упор автор в своей анимационной аллюзии. Что режиссёру определённо удалось, так это облечь идею в атмосферность и дать зрителям обильные поводы для раздумий.
